Стоишь на берегу и чувствуешь солёный запах ветра, что веет с моря. И веришь, что свободен ты, и жизнь лишь началась.
правила список племен гостевая шаблон анкеты текущий сюжет занятые цепи имён
новые земли, новые традиции, новая жизнь каноничных кв
АкцииМагазин персонажейСвободные цепи
Рейтинг форумов Forum-top.ru
◊ +25, ветер умеренный, переменная облачность

Беда пришла в дом Солнца, разразившись над племенем морской пеной и рушащими все на своем пути волнами. Уцелевшие покидают свой дом и отправляются на поиски временного убежища.

Не менее печальная судьба постигла и племя Шторма, унеся за бушующими волнами многочисленные жизни и затопив скалистый лагерь, вынудив разбитых стихией выживших искать себе новый дом.

Тем временем в племени Леса все, на удивление, достаточно спокойно. Объявлено имя нового глашатая, проведено посвящение в оруженосцы юного поколения и, кажется, всё наконец-то идет на лад.

Вместе с тем луна подходит к концу, а значит, что близится время совета. Похоже, что племенам есть что рассказать друг другу и, главное, наконец-то решить, как справится с угрозой в лице секты.

А служители не дремлют, завершая последние приготовления к скорой битве и готовясь ударить по племенам, когда те меньше всего к этому готовы.

Как обычно, моя палатка с краю! Ничего не начнут делать, пока их собственных сыновей и дочерей не похитят неизвестно куда! А что, если их там убивают? Или калечат? Может там вообще каннибалы какие-нибудь, дикари! Поняв, что Совет окончен, Буря упала духом, так же видя, как предводительница ее племени, по совместительству её дочь, ничего не смогла сделать. Она опустила голову, и ее глаза пылали жаждой набить кому-нибудь морду. Она озлобленно потащилась в лагерь, раскидывая ветки и листья на своём пути!
(с) Огненная Буря

Что это за помутнение?
Нет, это точно была не давящая атмосфера.
И точно не рыжий комок меха, что называл себя его предводительницей.
А, может?..
В этот момент Лиса Пламенного Заката, словно заслышав мысли пестрого исполина, мгновенно развернулась на месте и оказалась нос к носу с Быстрокрылым Журавлем, который едва выдохнуть успел.
Слишком близко.
Этот запах, который каждый раз появляется и исчезает настолько молниеносно, насколько вообще возможно.
Слишком близко.
Держаться было невозможно сложно.
Какой сезон сейчас? А время суток? Совет же был только что? А время... Должно быть ночь! Да, точно, ночь.
(с) Быстрокрылый Журавль

— Может, пока никого нет, чаек половим? — один другого лучше, хромой и глухой, но точно будет весело!
(с) Морозный Склон

— Серый кот? Предвестник...эээ... Как его там? Предвестник Волчьей Песни? Ой, опять не так... Предвестник Далёкой Волчьей Песни? Опять не так... — Стрекоза не переставала говорить. Что за болтушка?
(с) Ураганчик

Эмоции прекрасны, да и давно бы уже разорвали пятнистую изнутри, если бы она попыталась спрятать их от окружающих. Шум Дождя — огонь, свободная от чьих-либо указаний стихия, разрушительная и величественная. Пламя нельзя пытаться приручить, но можно попробовать стать его другом, наставником, тем, к кому он может прийти и высказаться.
(с) Шум Дождя

— Здесь, на земле, нет любви. Что такое любовь? Любовь — пустой звук. И я не умею любить, но я умею желать. Так, как желают иметь добрую еду, чистую воду, сухую подстилку и место, где можно переночевать. Знаешь, чего еще желаю я? Я желаю видеть свою семью целой и невредимой. Ты моя семья, сестра моя семья. И связь между нами хрупкая, но она держится до тех пор, пока Владыка считает нужным.
(с) Глинтвейн

— КОГТИШКА! ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ! КАК ЖЕ Я ТЕБЕ РАД! — в том же тоне проорал Рогатик, надрывая связки и тяжело дыша. С дерева упало ещё несколько листьев. — ДА Я ТУТ УЖЕ ПОЧТИ ДО ВОЕВОДЫ ДОЗРЕЛ!
(с) Бычок

— РОГАТИК! ТЫ ЧТО ТУТ ДЕЛАЕШЬ? — Заорал Когтишка, вставая передними лапами на ствол дерева. "Может дерево потрясти и он упадет? Совсем как яблоко!" — ТЫ ТАМ ЧТО, ДОЗРЕВАЕШЬ ДО ОРУЖЕНОСЦА?
(с) Когтишка

— Тебе, э... Лиса Пленённая За Кота, — племенные имена давались ему плохо. — Тебе я разрешаю нести Когтя, так и быть. Я пойду рядом и будут следить, чтобы ни ты, ни Быстро... Крытый... Быстрокрылый Журавль не ранили его. Ведите нас к своему дому. Коготь должен жить.
(с) Штормик

— Малыш, ты отцом ошибся, — ровный, но чуточку грубый голос. Был ли он холодным и отчуждённым? Ты не знал, да и обращать внимание на интонацию не хотел: в тебе кипела злость; и видят предки, что крайне сложно контролировать себя. — Метнись кабанчиком назад в лагерь и поищи свободные уши там.
(с) Жалящий Шершень

— Засунь свои племена знаешь куда? — не отступил кот, приметив, как кошка глянула на выпотрошенного зайчишку.
(c) Глухой Тупик
— Нет, куда? — спросила кошечка, склонив голову на бок и смотря прямо на воителя.
(с) Пёстрая Шубка

Первая мысль Рогатика была — "кролик!" — и он сразу навострил ушки, а хвост его поднялся трубой. Но, так как ловить кроликов Рогатик не умел, он воспользовался точно такой же тактикой, какой всегда пользовался в играх с котятами: просто побежал вперёд, раззявив пасть.
(с) Бычок

Жадно впившись зубами в тёплое благоухающее тельце, воитель скосил глаза на Лису Пламенного Заката и Быстрокрылого Журавля, которые привели с собой двоих незнакомых котят-подростков.
«Интерееесно. Исчезли куда-то после Совета вдвоём, а вернулись уже с котятами. Быстро они».
(с) Кленовый Лист

— Не стесняйся, братишка, — хмыкнул охотник, — Я тебе покушать принес, угощайся.
(с) Глухой Тупик

Глядеть на сломленную Лису было больнее всего. Клёну мучительно захотелось подойти к ней, сказать какие-нибудь утешающие слова — уж он бы придумал, какие, — но от предводительницы не отходили глашатай и целительница племени.
Может быть, потом, в лагере...
— Ничего ещё не кончено, Лиса Пламенного Заката, — тихо проронил Лист, глядя сквозь толпу на сломленную фигуру рыжей кошки; но вот прошло мгновение слабости, и та вновь расправила плечи, вернув свой привычный властный облик. — У тебя потрясающая сестра, Лепесток. Тебе есть на кого ровняться.
(с) Кленовый Лист

"Я готова встретить тебя, бушующее море. И всегда была готова..."
(с) Жало Скорпиона

Позволив Тупику подойти ближе, Могильщик с улыбкой оглядел его разодранного, окровавленного зайца. Учитывая то, как неаккуратно охотник убил свою жертву, съесть этого зайца стоило как можно быстрее. Выглядела распотрошенная дичь впечатляюще. — Ты умница, Глухой Тупик, — похвалил он брата, сгребая дичь в лапу и одним броском закидывая на верхушку общей кучи. — Я поем... возможно, попозже. Сначала отнесу этого зайца королевам. Будь уверен, они сразу же пожалеют, что растят котят не от тебя.
(с) Жук Могильщик

— Прошу вас ещё внимания, помимо скорбных вестей есть и радостные. Мы всегда были сильны духом и едины, нас закалил суровый ветер и солёные брызги, наше племя должно жить дальше даже после потери достойных и молодых. Только наша непоколебимость и общность помогает нам оставаться племенем Шторма, только наша суровая сила даёт нам победу в бою.
(с) Предвестник Далёкой Бури

У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Коты - Воители. Легенды моря

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Коты - Воители. Легенды моря » Свободные земли » Дома Двуногих


Дома Двуногих

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://se.uploads.ru/06XGR.jpg

Дома Двуногих расположены вдоль береговой линии. Именно отсюда когда то сбежали наши похищенные предки-воители.

0

2

Начало Игры


Когда крики двуногих стихли далеко позади, Барсик спокойно присел в каких-то кустах. Он не знал где он и вокруг не было ни единого запаха который мог бы подсказать пятнистому дорогу домой. Все вокруг было странно и пахло каким-то соленым воздухом, напоминающим рыбу из банок двуногих. Котик все еще помнил дорогу обратно к своим заточителям, но точно знал что туда он не вернется. Даже наоборот, Котик запомнил дорогу туда чтобы больше никогда на нее не ступить.
Кот воитель отрекается от жизни сытого домашнего кота. Кот воитель отрекается от жизни сытого домашнего кота. Кот воитель отрекается от жизни сытого домашнего кота.
Барсик фанатично повторял себе эту фразу, пытаясь собраться и напомнить себе кто он есть и кем он не является, упрекая себя в том, что так долго не мог сбежать от двуногих. Оставаться в тепле и уюте было удобно и хорошо и котенок поверить себе не мог, что почти луну в новом доме он ел странную еду и даже не пытался сбежать, пока внезапный порыв не вынес его из окна. Все это глупые отговорки что ты котенок и ты беззащитен! И что, что я один! Одиночки тоже ходят без племен и мамочек! Никаких больше отговорок! Посмотри какие у тебя длинные лапы!
Барсик вытянул перед собой лапы, потягиваясь и понимая что понятия не имеет вырос он или нет. Все в мире казалось таким странным и необычным, что котенок даже не знал с чем он бы мог сравнить себя. Дома можно было всегда вытянуться вдоль знакомого хвоста или помериться лапками, но сейчас малыш даже не знал под каким кустом он сидит и почему листочки такой странной формы. Мимо пронесся огромный вонючий монстр и Барсик возмущенно поежился, зная что зверь не выходит за пределы своей тропы, но все равно не понимая зачем постоянно вонять как скунс.
Вдоволь отдохнув котик продолжил свой путь прямо, надеясь что подобно лесу, лагеря двуногих имеют края. Барсик сам не знал что ищет и что найдет, но ведь на то оно и приключение чтобы открыть для себя чтото ранее неизведанное.

------------>>>> Пристань

+2

3

НАЧАЛО ИГРЫ
Каждый день... Каждый день я вспоминаю о ней. Каждый день я считаю, и чем больше растет это число, тем больше растет пустота в моей груди. Я никогда не думала, что в какой-то момент все может резко измениться. В голове никогда не проскальзывала мысль, что Нина может куда-то уехать и оставить меня одну. Нет, на самом деле я не была так уж одинока. Но именно без этой двуногой девочки я постепенно начинала терять вкус к жизни. Все те радости, что некогда приводили меня в восторг, заставляя мурлыкать изо дня в день, теперь казались каким-то сухими и бесцветными, ненастоящими.
Теперь я все чаще пропадаю из дома. Поначалу меня пытались искать, а после прямоходам это надоело. Моему сожителю тоже стало проще, ведь никого и ни к кому больше не приходилось ревновать. Хотя ныне подобных проблем у нас более не возникало, за исключением некоторых случаев небольшого недопонимания между нами. Да и то они решались очень быстро, практически в два счета. Просто мы научились извлекать для себя выгоду и в конце концов определились каждый со своим местом, договорившись о том, чтобы не нарушать границы дозволенного.
Может быть, мы могли бы и подружиться, но уж больно этот кот был самовлюбленным и эгоистичным. Я пробовала идти к нему навстречу, но такому как он, если ты не понравился, то это навсегда. Случай непоправимый, а потому, осознав это, в конечном счете я перестала тратить на это и время, и силы. Моей целью в это мгновение стала Нина.
Сейчас я водила круги вокруг одной маленькой девочки, так сильно напоминавшей мне мою двуногую хозяйку. Она задорно смеялась, когда моя пушистая шерстка щекотала ей голые ручки, ножки и щечки. Знала бы Нина, как мне сейчас этого не хватает...
КОНЕЦ ИГРЫ

Отредактировано Найла (2018-09-29 15:31:15)

0

4

НАЧАЛО
Каин и сам не знал, почему он оказался подле домов Двуногих. Огибая в очередной раз остров в поисках пропитания да новых сплетен, бело-бурый, нахохлившись, стремился по узкой тропинке вдоль берега и осматривался по сторонам. Морозный ветер близ моря весело трепал его шубу, и Каин раз за разом вспоминал те деньки, когда солоноватый привкус моря едва-едва касался его языка, а голова кружилась из-за того, что он плыл по воде. Плыл над водой, если быть точней. Нет, конечно, его обучали плавать, но чтобы вода была солёной, а тело не мерзло от мокрой жидкости – такое было впервые.
Потому он и предавался старым ощущениям, не позволяя себе окунуться еще дальше – в запретную зону, на которую он сам и повесил ярлык – так говорили двуногие в его присутствии. Точней, так старушка журила старика – а судя по тону, они действительно ругались. Да и вообще, проведя долгую луну-две рядом со стариками, Каин научился многим речам, а уж гуляя по городам и знакомясь с бродягами, и вовсе стал забывать древние слова, которым его учили еще в младенчестве. Наверное, так было надо.
Он остановился около самого крайнего и неприметного домика, осел на землю и обвил лапы хвостом – устремил взгляд на горизонт, за которым постепенно скрывался солнечный шар. Такое уже бывало с ним раньше – и чувства те же, и эмоции. Что-то беспокоило Каина: сердце бешено билось, он не мог и вдохнуть. Все было неправильно, неестественно, будто бы кто-то из Предков, соткал паутину и, привязав ее к телу кота, приказал оставаться на месте. Он не мог пошевелиться, скользил взглядом по горизонту и откровенно не понимал – что идет не так? Днями ранее Каин уже бывал здесь, но именно тогда такого чувства не испытывал, а теперь же...
Ответ оказался за его спиной. Стоило только бело-бурому обернуться и случайно коснуться взглядом стекла того самого неприметного домика, как дыхание сперло настолько, что кот подавился, закашлялся. Он не мог оторвать взгляда от того тонкого неприметного стекла, будто бы именно оно разделяло его от прошлого. На негнущихся и трясущихся лапах Каин подошел ближе – настолько, насколько ему позволяло желание разглядеть что-то, томящееся внутри – и раскрыл рот. А затем, помотав головой, зажмурился, стремясь отогнать наваждение. Она и раньше приходила к нему наяву, стояла рядом и заглядывала в его глаза, дарила озорные огоньки, как то было ранее. Он касался ее эфемерной шерсти, сбивал наваждение, но теперь это сделать нереально, только если прорываться сквозь толстенные двери дома двуногих, разрывать тонкую грань спокойствия и набрасываться на треклятые галлюцинации, плача и моля о том, чтобы это прекратилось.
Но ничего не исчезало – тот самый силуэт, ставший для Каина и сладострастным желанием и одновременно кошмаром, оставался на месте, разрезая привычную атмосферу, когда все идет как надо.
Все идет отнюдь не как надо.
Он не мог больше ждать, не мог терпеть насмешек судьбы. Рванув вдоль побережья, Каин испустил утробный рык, искренне ненавидя все, что происходило с ним – ненавидя предков, ненавидя жизнь ранее, ненавидя каждую песчинку на этом острове, что больно щекотала подушечки его лап.

Он вернулся обратно лишь тогда, когда последние солнечные лучи скрылись за горизонтом, желая увидеть еще хотя бы раз тот самый силуэт. После минуты ненастоящей встречи, Каин трясся так, будто бы переел кошачьей мяты и требовал еще. Ему бы сейчас горсть мака, но в сезон Голых Деревьев мак невозможно найти. Разве что кто-то из Двуногих считает себя садоводом и разводит наркотически-успокаивающий элемент лекарств в прикрытых пленкой жилищах. Тем не менее, не мак ему нужен был – стекло. То самое стекло, которое разделяло его и...
Он взобрался на уступ близ окна, заглянул внутрь помещения. Темно – двуногие спали, либо их просто не было дома. Стремясь осмотреть всё, что находилось с той стороны окна, Каин терял надежду еще сильней, чем раньше: ему просто показалось, как казалось луны до этого. Её действительно не могло быть здесь.

Отредактировано Каин (2018-12-09 00:01:59)

+8

5

Начало игры.

Всему есть своя цена, и однажды придет время заплатить за все те ошибки, что ты в жизни совершил. Придет время раскаяться в каждом резком слове, в каждой секунде промедления и в каждом необдуманном движении. И для Омелы это время видимо подошло. Или Фелиции. Давно пора было смириться со своей судьбой, принять её и поблагодарить Предков, что ей хотя бы сохранили жизнь.
Но к чему она ей теперь.
На родных землях никогда не было такого солёного воздуха, такой огромной, сливающейся с горизонтом воды, которую Двуногие коротко называют "море". В этом доме она жила уже четвертую луну. Кошка изучила здесь каждый уголок. По началу пыталась сбежать, прошмыгнуть между длинных лап Двуногих, но её каждый раз ловили, брали на руки и мягко журили. Омела выпускала когти, шипела, пыталась поцарапать или укусить огромные розовые лапы Двуногих, аккуратно державших её. И тогда кошку просто опускали на землю и так грустно-тоскливо вздыхали, что бело-коричневой становилось жутко стыдно за своё поведение. Она прижимала к голове уши и спешила убраться с глаз Двуногих подальше.
Время шло. Знойный сезон Зеленых Листьев  закончился, море потемнело, а небо стало постоянно хмуриться. Исследование домашних растений Двуногих не принесло никаких утешительных результатов. Все они были ни на что непригодны, и случись что, ничем не могли ей помочь. Старое имя стало вытесняться новым, но не позволяя кошке полностью вычеркнуть его из жизни. Фелиция скучала по своему ремеслу целительницы, скучала по племени, по родным и близким, по Советам каждое полнолуние и по таинственной и такой желанной обители Звездных предков. Бело-коричневая скучала по той жизни. Жизни Омелы. Она переживала за свою ученицу, справляется ли она там? Переживала за тех, кого не успела долечить, за так и не пополненные запасы кошачьей мяты, за то, как ее исчезновение восприняли в племени, неужели решили, что она сбежала или поняли, что её похитили? Но больше всего Фелиция переживала за то, что ей не вернуться домой, а значит даже сами Предки теперь не смогут свести её с Клоповником вновь.
Привычно запрыгнув на подоконник после обеда, Фелиция села и устремила взгляд вдаль. Она каждый день так делала, обязательно. Отчего то это было для нее очень важно, как некий ритуал, как священное перемирие во время Совета, которое можно нарушить, но не возникает даже такого желания.
Всё было как обычно. Светило низкое солнце,  море размеренно накатывало на берег. Над водой летали белые птицы с длинным клювом, название которых Фелиция не знала. Иногда проходили Двуногие. В какой момент на пляже появился бело-бурый кот, она не знала. Он словно бы возник из ниоткуда. Сердце тревожно кольнуло. Круглые желтые глаза изучили на спине незнакомца каждую шерстинку. Давно разбитая мечта Омелы даже не шелохнулась, не веря, что чудеса бывают. Это мог быть либо кто-то другой, либо наваждение. Ибо ему сюда никак не добраться. И тут кот обернулся и встретился взглядом с Фелицией.
С такого расстояния было сложно сказать, показалось ли, но сердце забилось как бешенное, а лапы приросли к белому подоконнику. Желтые глаза расширились, неверяще глядя на медленно приближающегося кота. "Это он! Это ведь он! О Предки, вы верно решили подшутить надо мной, так зло и так больно, послав это наваждение!" Такие родные янтарные глаза, никогда ранее не бывавшие такими тусклыми и бледными, тоже неверяще смотрели на неё. Она не узнавала ни этого шрама на носу, ни куцого обрывка хвоста. Но все внутри отчаянно хотело верить, что это он.
И когда Фелиция думала, что сейчас он подойдет к дому, и она сможет всё рассмотреть более внимательно, кот резко развернулся и бросился прочь, вдоль берега моря.
- НЕТ, КЛОПОВНИК, ПОДОЖДИ, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ УХОДИ, - Фелиция встала передними лапами на стекло и закричала, даже не догадываясь о том, что её не слышат. - НЕ УХОДИ ОПЯТЬ! КЛОПОВНИК! Не уходи, - Последние слова были сказаны почти шёпотом, а лапы бессильно скользнули вниз по стеклу. Фигурка кота удалялась всё дальше и дальше, ни разу не обернувшись. "Должно быть я ошиблась, и этого незнакомого кота просто испугал мой ошарашенный вид." - Горько подумала Фелиция. Некоторое время она еще сидела на подоконнике, но кот не возвращался. Хлопнула входная дверь, оповещая о возвращении хозяев. На улице стремительно темнело, как это обычно бывает в сезон Голых Деревьев. Спрыгнув с подоконника, кошка на негнущихся лапах подошла к Двуногим и села на пол. Обычно она вилась рядом, любопытствуя, что на этот раз принесли хозяева, но не в этот раз. Ничего не выражающие желтые глаза следили за каждым движением Двуногих, но сознания кошки это не касалось. Плечи опустились, а хвост вился длинной, но бесполезной метелочкой.
Один из Двуногих загремел в миске на кухне кормом, но кошка не сдвинулась с места. Другая Двуногая поставила на полку два новых горшка и включила везде в доме свет. Дождавшись, когда хозяева займутся каждый своим делом, Фелиция запрыгнула на полку и перекусила с каждого растения по стебельку. Подхватив, она направилась обратно в свою комнату с большим подоконником. Лапы послушно передвигались, но взгляд был пустой. По ночам не было смысла сидеть у окна, так как за ним было ничего не видно, поэтому Фелиция медленно направилась к своему месту с полной пастью незнакомой травы. А сев на мягкую подстилку, разложила перед собой травы, совсем как раньше, когда она была Омелой. Совсем как Клоповник.

+8

6

Он нашел ее совершенно случайно, когда обводил последний раз взглядом пустое помещение. Никогда ещё он не был рад отчаянным воспоминаниям из прошлого, что рисовали в очередной раз новые и новые картины, заставляя трепетать над чувством собственной ничтожности. Когда она, такая молодая - будто бы луны не коснулись ее - лежала там, в глубине помещения, Каин завороженно дотрагивался взглядом до кончиком пушистых лап, огибал ее острые уши и пытался издалека рассмотреть за полутьмой янтарно-зеленые глаза, не граничащие с реальностью. Эта эфемерная оболочка, являющаяся отголосками его прошлого, была такой реальной и настоящей, что Каин, казалось бы, вернулся в прошлое, где ему было всего-то двенадцать лун отроду, где камышовые заводи приятно щебетали на ухо, а теплый ветерок игрался с тонкими волосками шерсти.
Несомненно, это была не его Цепкая, но что стоит взглянуть хотя бы одним глазком в теплые глаза незнакомки и сладко улыбнуться, надеясь на то, что наваждение не испарится. Он не был готов принять судьбу, но с другой стороны почему бы не поддаться хотя бы раз искушению?
- Цепкая, - ее имя слетело с губ совершенно случайно, оголяя тяжёлые воспоминания о том, как он бросил свою прошлую жизнь взамен на новую, опасную и страшную: - Це-епкая, - выдохнул снова, уже не в силах бороться с проклятием, повисшим камнем на его душе.
И замолк.

Стоило ли говорить о том, что он думал о житье незнакомки как о последнем явлении - она могла бы испугаться, увидев за окном страшное куцее чудовище, мало напоминающее в полутьме кота, но Каин так долго сохранял свою мечту, что попросту больше не мог думать о других - да и о ком, когда вокруг Каина не было близких вот уже как долгие луны.
Он собирался уже было уходить, как внезапно его взгляд приковали травы, лежащие подле незнакомки. Нелепое стечение обстоятельств, или судьба - Каин не знал, но теперь ещё и Предки решили пошалить, предлагая горе-целителю выбор. И он проиграл очередной выбор, концентрируясь на травах и будто бы впитывая свою природную сущность, которая вот уже долгое время дремала под толстой кожей путешественника.
- Цепкая, - он забыл все слова, вплоть до извинений за беспокойство. Затарабанив лапами по стеклу, кот взвился бураном и чуть не свалился с тонкой дощечки. Перед ним была преграда, но она была сильна как никогда, и даже попытки свалить стекло боком оказались напрасны - Каин был здесь, тогда как его Цепкая - там, в пустой темной комнате, будто бы подверженная вечно скитаться по кошмарам. Из-за него.
А он сходил с ума.
Голова отказывалась воспринимать информацию, а тело не слушалось и, как подбитое, виляло туда-сюда я пытаясь сдержать распаляющийся огонь своего хозяина. Но тщетно.
Он думал - она не откликнется. Даже если это действительно его Цепкая - наверняка целительница похоронила это имя вместе с силуэтом своего наставника, но Каин упрямо пытался верить в то, что он не прав. Она несомненно узнает его, избитого жизнью, но умудренного опытом.
Каин жаждал увидеть ее вновь.

+7

7

[audio]http://d.zaix.ru/9Rwz.mp3[/audio]

Совершенно машинально Фелиция отрывала от стебельков листья и складывала стопочкой. Лапы работали, как тогда - много лун назад, но голова была занята другим. Образ кота увиденного сегодня на побережье не уходил. Он навис над ней, что страшно было повернуть голову, страшно было поднять глаза от своего занятия. И в тоже время хотелось распахнуть глаза пошире и искать даже малейший след его присутствия. Потому что она была уверена. Никакой это не незнакомец, не случайный кот. И уверенность эта была монументальна и непоколебима. Как днем светит солнце, а ночью луна. Предки любят пошутить, и хотя они давно не посещали её во снах, не посылали знаков, может и вовсе не желали её видеть, но не оставили. Не бросили на чужой земле. А когда чего-то очень желаешь и ждешь, так страшно потом разочаровываться, так страшно обмануться, поверив в мечту, тогда как давно уже решил, что это невозможно. Просто невозможно. Из области добрых, детских сказок, которыми старейшины любят баловать котят. Клоповник. Милый бело-бурый кот, что оставил её столько лун назад и отправился по зову Звездного племени, по зову своего большого сердца, внезапно привиделся рядом. Всего в нескольких лисьих хвостах от неё.
Как сложно отличить сон от действительности, когда некому тебя разбудить, когда никто не посещает твои сны и не указывает как правильно. И вот посетил он, возможно как знак, а может как видение. А может он теперь и есть Звездный предок и спешит сообщить об этом ей, своей ученице? Она не знала, было ли это наяву или во сне, но это был он. Точно он.
Бессильно опустив голову на лапы, Фелиция смотрела на зеленые листья, совсем недавно еще полные жизни и свежие, как когда-то она, будучи ученицей Клоповника. А теперь сорванные и даже несколько измочалены. Глаза странно щипало, а боль по утрате стала практически невыносимой. "Зачем вы послали такое видение? Зачем? Когда я уже была готова смириться с неизбежностью, смириться со смертью всего что было мне дорого, и будучи готова принять свою судьбу, вы посылаете мне образ того, по кому я тоскую с такой силы, что хочется лезть на стену, хочется кричать, совсем как тогда, на заводи. Насмехаетесь, да? За то, что долг перед племенем пересилил тогда зов души и сердца. За то что лапа не поднялась тогда последовать за ним. Так ведь я всю жизнь сожалела об этом. Недостаточно, да?"
Звездный свет слабо освещал небольшую комнату, в доме постепенно стихало, Двуногие ложились спать, еще раз попробовав позвать её выйти поесть. Но Кошка даже не повернула головы в их сторону. Женский голос был явно чем-то недоволен, наверное оборванными растениями.
"Как он там? В тех неведомых далях. О чем сейчас думает? Не холодно ли ему?"
Когда что-то ударилось в окно, бело-коричневая подскочила, инстинктивно прижимая уши к голове от страха, но тут же напоминая себе, что она не изнеженная домашняя киска, которая боится каждого шороха. Пускай она и не доучилась в своей время на воина, но за себя постоять сможет, что в ней еще жив дух котов-воителей. И когда звук повторился, Фелиция подняла голову, вглядываясь в темный провал окна. "Показалось?" В квадратном проеме мелькнул кошачий силуэт. Тут же подорвавшись на лапы, она выбежала из комнаты, чтобы проверить, не проснулись ли Двуногие, но в доме стояла тишина. Тогда бело-коричневая вернулась в комнату и белкой взлетела на подоконник, едва не столкнувшись нос к носу с...
Косматая шерсть, бледные круглые глаза, горящие непередаваемой надеждой, приоткрытая пасть. И блеск, полу-безумный блеск в глазах. Дыхание в горле перехватило, оно стало вырываться резко, с надрывом, осязая на стекле. Лапа медленно поднялась и коснулась стекла. Сердце колотилось так, что казалось еще немного - и оно вырвется из груди и пробьет разделяющую их преграду. Желтые глаза разгорелись ярчайшим огнем, всё тут же вылетело из головы, все казалось лишним, все слова, все мысли. Ведь сейчас они стояли рядом - он и она.
- Клоповник? - Если бы только не стекло...

Отредактировано Омела (2018-12-10 20:00:02)

+7

8

Вглядываясь в усыпляющую темноту за стеклом, Каин судорожно подбирал правильные мысли, оправдывающие его мотивы, если вдруг хозяйка данного дома подойдет к окну и увидит неизвестного с безумным взглядом. Цепкой здесь не должно быть – это очевидно, но почему-то сердце отбивало бешеный ритм каждый раз, когда он вспоминал силуэт незнакомки на подоконнике по ту сторону. Его глаза его обманывали, и это происходило не впервые. Ранее, когда Каин был еще за пределами острова, он видел Цепкую в каждом проходящем мимо коте. Их окрас мог быть совершенно разнообразным, однако какая-либо деталь то и дело цепляла взгляд бывшего целителя, вынуждая его выть по-волчьи и ломать стену, выстроенную долгими лунами вне племени. Его стихия, Река, сейчас превратилась в соленую жидкость, обволакивающую Каина полностью и высушивая последние адекватные мысли без остатка. Он никогда не был настолько эгоистичным, как сейчас, однако, один раз можно, верно?
Глаза долго привыкали к темноте, созданной больше шторами, чем приближающейся ночью. Было невообразимо холодно. Но Каин продолжал нависать над окном, напряженно высматривая свою бывшую ученицу. Ученицу, которая сейчас, наверняка, строила соплеменников и суетилась над травами. Возможно, она даже нашла пару-тройку лазеек, которые он, Каин, собственными лапами вырыл, дабы спрятать мак от Черепа. Быть может, Цепкая даже проклинает Каина и по сей день. Но не ненавидит, нет. Он не мог допустить ненависть в свою сторону при уходе, все сообщил настолько мягко, насколько только мог со своим взрывным характером.
Чего, казалось бы, он ждет? Думает, что прямо сейчас перед ним вырастет она, и скажет, что все хорошо? Она-
Каин моргнул пару раз, когда позади стекла наконец появилась владелица домика на побережье, поежился и уставила без слов в янтарные глаза незнакомки. И незнакомки ли? Такие приятные черты морды, взъерошенная шерсть, резкие переходы из бурого в белый – практически как у него. И тоскующий взгляд, полный непонимания и чего-то еще? Каин пошатнулся, чуть не свалился с уступа, но вовремя выпустил когти и удержался, замер как филин, готовящийся напасть на мышь. А сам выпучил глаза, не веря. Сознание, должно быть, обманывает его. Предки, за что вы так! Это не может быть Цепкая, нет-нет. Она даже не постарела, чего не скажешь о самом Каине – все такая же молодая, такая же красивая. Вот только взгляд ее глаз давно потух. Это все, верно, злые промыслы. Сейчас-сейчас, он вдоволь насмотрится и уйдет, оставит незнакомую кош-
Но нет. Это была Цепкая. Та самая его Цепкая, что кидалась со всем своим отчаянием на него когда-то давно. Он помнил эти черты так хорошо, будто бы только вчера уходил из племени. Помнил этот взгляд, этот приглушенный голос, зовущий его иной раз из сновидений и молящий вернуться назад, за ней. Но Каин не мог.
«Я не стар, чтобы видеть призраков прошлого так ясно, так почему она здесь. Почему её голос такой настоящий»
Каин не мог говорить – горло першило, а слова отказывались вырываться из его горла. Он опустил взгляд на лапу Цепкой с той стороны стекла, после неверяще покосился на свои лапы и, о Звезды, повторил этот же жест со своей стороны. Холод. Он ощущал лишь холод стекла, хотя так сильно мечтал, что прямо сейчас сможет прикоснуться к мягкой шерсти его ученицы, сможет вдохнуть запах трав и речных угодий, по которым, бесспорно, тоже скучал.
Но по ней он скучал, все же, больше.
- Цепкая, - хрипло выдохнул он ее имя – последнее, которое знал – зябко поежился, а затем поставил вторую лапу на стекло и вновь заглянул в глаза, пытаясь найти ответы на вопросы, мучающие его довольно давно. Сколько раз за этот вечер он повторил это имя, жгущее легкие и сердце? Каин не мог сосчитать, он вообще ничего не мог, кроме как просто смотреть отсутствующим взглядом сквозь стекло и желать коснуться речной кошки.
- Что ты- Как ты- Почему ты здесь? Откуда? Что за происки Звезд? Нет, нет-нет-нет, тебя не должно быть здесь, но как-
Он никак не мог сформировать предложение, лишь то прижимал, то поднимал уши, моргал и топорщил усы, не желая верить в истину. Ему казалось, будто бы прямо сейчас силуэт Цепкой исчезнет, и на ее месте появится безжизненная туша незнакомой ему кошки.
Тогда-то Каин и закончится. Навсегда.

+7

9

Дороги каждого так туманны и запутаны, что никогда не знаешь - куда они могут вывести. Звезды всегда преподносили Фелиции какие-то сюрпризы. Они всегда дожидались момента, когда она не будет этого ждать и тогда били. Со всей своей звездной дури. Да по больному месту. Жить в вечном ожидании было невозможно. Если дома - в родном речном лагере - кошка еще могла сохранить веру в Клоповника, веру в его обещания и в их грядущую встречу, то здесь - вдали от знакомых ей земель - ожидать встретить его было глупейшим заблуждением. Как ждать днем блеска звезд, а ночью - яркого диска солнца.
И вот теперь, она не могла поверить своим глазам, при этом отчаянно боясь ошибиться. Фелиция смотрела прямо, в глаза сидящему напротив коту. А в ее желтых глазах страшным клубком спутались все чувства, так разрывающие ее изнутри.
Надежда. Что это он. Определенно он. Она знала его как никто другой, знала каждую черту, знала его привычки, повадки, каждое утро в родном лагере первым что она видела была чуть-чуть кривоватая улыбка наставника. Хотя за столько лун каждый меняется. Но ведь это все равно он, верно?
Неверие. Это место так далеко от родных земель, как здесь мог оказаться кот, которого уж точно ни один Двуногий не мог поймать так просто, как её. Когда даже сам воздух здесь пахнет иначе, не как дома. С солоноватым привкусом. И бездонная, безграничная синяя даль, с равнодушием плескающая невдалеке. Ее мерный рокот приносят с собой Двуногие, когда заходят домой и когда иногда открывают окна. Так как это может быть он?
Радость. Знакомые черты, глаза, столь часто снящиеся ей. Мерцающие отблески в них было невозможно спутать или забыть. Протянутая в ответ лапа была взлохмачена, как и весь кот. Но протянута ей не просто так. Он заглядывал ей в глаза так же, как и она ему. И сердце колотилось, оно то точно знало, что это он.
Боль. Она неотступно следовала за Фелицией по всему ее жизненному пути, острой иглой напоминая о себе при каждом воспоминании о нём. Боль утраты. Она стойко поселилась где-то внутри кошки в тот день на заводи. Притупилась с сезонами, а сейчас разожглась совсем как в тот день, сжигая желтоглазую изнутри, не давая ей вздохнуть или моргнуть лишний раз. Ведь вдруг она закроет глаза и больше его не увидит?
Любовь. Ярким языком пламени она взивалась вверх, к самим звездам. Цепкая выросла. Ее восторг наставником, к любовь к нему тоже выросли. Бело-коричневая не позволяла себе даже думать об этом, ведь она - целительница. Он - целитель. В тот день сами звезды разлучили их, чтобы спасти души от еще большей боли и от нарушения Воинского Закона. Они были вместе, но были столь же далеко. Выбирая племя и свой долг, тогда, много лун назад, Цепкая отреклась от этого чувства, отреклась от части себя. Но кто теперь она? И кто он? Видят ли это Звёзды?..
Страх. Плотным кольцом окружил тело кошки, не позволяя той даже шевельнуться. Бело-бурый кот поставил вторую лапу на стекло. Его пасть раскрывалась, он что-то говорил. Но что? Что? Страшно было услышать в них чужого. Страшно было проснуться. Страшно было ошибиться. Страшно было, что он не простил ей её выбор. Страшно было, что он забыл её. Ветер трепал густую шубу кота, а Фелиция все так же не могла пошевелиться. Страшно. Было.
Случайная мысль проникла в голову кошки. В другой стороне Гнезда есть окно, в котором Двуногии никогда не закрывали небольшой проём. Если она сможет пробраться на улицу, то... То?
- Клоповник, подожди меня. Подожди, пожалуйста, я сейчас вернусь. Не уходи. Прошу тебя! Не уходи, во имя всех репейников, что я сажала тебе на шубу! - Жарко заговорила Фелиция и тоже поставила вторую лапу на стекло, соединяя их так. Заглядывая в глаза с немой мольбой. Да, он не мог расслышать ее слов, но ведь он понял? Понял что она хотела сказать? Уши в страхе были прижаты к голове.
В то же мгновение кошка спрыгнула с подоконника и со всей возможной скоростью понеслась в другую часть дома и остановившись только у того окна. Которое всегда было открыто, но не сегодня. Бело-коричневая запрыгнула на подоконник и попробовала лапами надавить на стекло. Сердце колотилось как бешенное. "Нет. Нет! Только не это! Почему именно сейчас? Почему?!" В отчаянии кошка еще попрыгала некоторое время на ручку окна, пытаясь её повернуть, как это делали Двуногии. Неизвестно было сколько прошло времени, но ей это удалось. Окно скрипнуло, немного приоткрываясь, а кошка заскребла быстрее лапами, пытаясь его сдвинуть. С подоконника она не то спрыгнула, не то выкатилась, торопясь обратно под своё окно. Дождался ли он? Дождался? И лишь одно тихо повторяла вслух желтоглазая.
- Клоповник. Клоповник-Клоповник...

+7

10

Это действительно была она – ее очертания, ее взгляд, укрытый едва-едва уловимой усталостью, к которому за несколько лун Ка-... Клоповник привык настолько, что готов был закрытыми глазами описать каждый перелив янтаря и не ошибиться. Это была Цепкая с ее репейниками, ее острыми словами и сильными зубами, с её волевым характером и больной лапой, которую ему, Клоповнику, необходимо было вылечить, поставить Цепкую в строй. Не забирать в свою палатку, не оставлять ее подле себя с таким остервенением и такой жадностью, какая была присуща исключительно ему.
Она что-то говорила – он не слышал ее, неотрывно, не мигая, смотря в ее глаза, ловя ее растерянный взгляд. Он покрывался мурашками, хлюпал носом и не мог поверить, что это – истина. Цепкой не должно быть здесь, но она, определенно, была здесь. Она смотрела на него из-за холодной подмерзшей завесы, пыталась найти выход, прорваться к нему. А Клоповник боялся – ему казалось, прорвись к нему Цепкая, и наваждение спадет. Она исчезнет.
Когда кошка спрыгнула и куда-то убежала, с непониманием Клоповник опустил обе лапы, боднул лбом стекло, проверяя на прочность, но не ударил – нет. Он прекрасно знал, что из себя представляют эти прозрачные льдинки Двуногих – уже встречался с ними. Тут иной способ выбраться, правда, ни Цепкой, ни Клоповнику не знать его, так не знать всех таинств кожаных мешков.
- Вернись сюда, пожалуйста, вернись, - как мольбу к Звездам шептал Клоповник и вспоминал о Речном племени, о том, как, когда Цепкая спала, он шептал – прямо перед уходом – такие же мольбы к Предкам: о том, чтобы они защитили ее, чтобы не позволили крепким лапам одиночек взять верх, чтобы не превратили в безжизненное тельце, каким стал Очеретник – его наставник. И, по-видимому, предки выполнили его мольбы, так пусть послушают в последний раз – он не отказался от Веры. Он уверен, что здесь тоже есть Звёздные коты – не просто же на небе столько звезд.
Он очнулся только тогда, когда что-то скрипнуло недалеко от него, инстинктивно бросил затравленный взгляд в сторону, готовый напасть на нечто. А потом выдохнул. Всего лишь одно из соседних окон.
«Окон!»
Его бросило в дрожь, и Клоповник было дернулся к соседнему окну, если бы не заметил приближение его Цепкой, снова и снова упирающейся в их эфемерную преграду его рассудка, снова сверлящей тем самым взглядом, от которого все цепи спадают: с души, с сердца... С эмоций.
- Я здесь, здесь я, - словно читая по ее губам своё имя, шепчет он в ответ и тычется боком в ледяное окно, остужая голову и размышляя о том, что же делать дальше. Он может спуститься к ней, но тогда она может исчезнуть, подернутая дымкой очередного видения. А что, если она не захочет никуда идти с ним? Что, если жизнь с Двуногими оказалась лучше, чем жизнь на незнакомом клочке суши?
Что, если Клоповник всего лишь обознался, спутав желание идти с ним куда угодно и желание просто коснуться, чтобы проститься навсегда.

Отредактировано Каин (2019-03-01 12:50:05)

+2


Вы здесь » Коты - Воители. Легенды моря » Свободные земли » Дома Двуногих